Ноябрь 16th, 2008

Небольшая подборка исландской поэзии из разных источников

Подборка поэзии №1

A) Стих Гримюра Toмсена (XIX в.):

Сейчас пришло другое время,
Чудовищ не встречают люди,
Весь вымер «двергов» клан,
Пусты палаты великанов.
Никто не видит в летний вечер,
Как шествуют в долине эльфы.
Не замечают сие люди и веры мало,
У большинства в желудках души пребывают.

B) Стурла молвил, обращаясь к Халльдору:

Едва бы я поверил тебе,
Тролль, сказал Хэсколь.

(Из «Саги о стурлунгах», XIII в.).

C) Той зимой после битвы в Види-несе многие видели вещие сны. Сие увидел во сне обитатель Скага-фьорда, как он вошел в некий большой дом. Внутри сидели две, залитые кровью женщины (= валькирии), и раскачивались взад и вперед… Одна из них сказала:

Гребём мы, гребём,
Ливнем льется кровь,
Гуд и Гёндуль,
Пред падением воинов.
Мы атакуем
В Ранда-хлиде,
Пожнём там жертвы
И проклятья.

(Из «Саги о Стурлунгах», XIII в.)

D) Сию виршу сочинил преподобный Буи о буйстве немертвого-«драуга» Эрленда в Итра- Фьетле (XIX в.):

От годов согбенный, Эрленд в Итра-Фьетле,
Правит там повсюду
Всеми, кроме набожных

E) На распространенную веру в то, что шторм дует с той стороны света, куда была повернута голова определенной рыбы, указует виса (= четверостишие) Бьярни Тораренсена к Ари из Флюгу-мири (XIX в.):

Поплыл на севере
Лёд и непогоды наст;
Голову рыбы одолжи
И, Ари, посмотри на юг.

F) Торгуннюр Снайдаль пишет: «Крафта-скальд (= поэт-волшебник) Боулу-Хьяульмар (XIX в.) (после заточения на пять дней за его руническое знание, вероятно, упоминает сие событие) в поэме «Raups-aldurinn»:

Отследил из связок руно-стружку
И записал всё ловко;
Наследнику пошлó знание не впрок,
Посему можно постоянно горевать.»

G) Пастор Хатльгрим Торлакий, который служил в Глёй-баэй, увидел во сне в то самое время, когда погиб поэт Бальдвин, но прежде, чем он узнал о его смерти, что Бальдвин явился ему и произнес следующую вису (= четверостишие) (XIX в.):

Излечены все раны,
Нужда боле не мучит.
Ныне Бальдвин — бледный труп,
Браги-поэт из Скага-фьорда.

H) Один пастор сказал при переправе реки своему работнику, попавшему в беду (XIX в.):

Не веди себя, словно «эльф» (= болван),
Или как лев в оковах,
Ты же видишь сам,
Праздно я не сижу.

После этого работник утонул

I) Пещера Стейна-хетлир под Эйя-фьётлем. Здесь в XIX веке бонд Йоун Йоунс-сон из Клём-бру узнал застольную молитву Сокрытого народа:

Еда в рот,
Крест на грудь,
Святой дух в сердце.

J) Женщина-крафта-скальд (см. выше) по прозванью Лаутра-Бьёрг бродила по всей Исландии. Вот ее слова о Западных фьордах:

Прекрасно ныне во Фьордах,
Когда дарует Спаситель тихую погоду,
Сено зелено на хуторах,
Трава и палтус[1] в изобилье.
Но стоит лишь прийти зиме –
Не знаю хуже места я
Во всем огромном мире.
Люди и скот мрут там.

K) А вот слова Лаутра-Бьёрг о Ланга-несе, т.е. о Длинном мысу, расположенном на северо-востоке Исландии («край земли», как называют его сами исландцы):

Ланга-нес – это безобразный мыс.
Лгут там весьма часто.
Многие там ловят рыбу,
Но мало кто оседает там.
— Сейчас же я желаю повернуть домой.

L) В начале июля 1875 г. … Хьяульмар привязал перо к тем двум пальцам, кои еще двигались на правой руке. Он выводил каракулями древнее родовое древо, что он собирался отправить одному из его друзей. А под родовым древом он записал сии висы:

Стихи сочиняю я с трудом
И перо-оружие повисло в руках,
Сей долгой ночью мало спал,
Света во мраке не видал,
Замерзший, трясусь, увечный в подагры путах.

Темнеет в мой последний вечер,
Вперед (на дорогу) я гляжу;
Могила навстречу зияет холодна,
Режу я на моем щите надежды
Те руны, что имеют силу.

На сём записанное заканчивалось. Ему осталось лишь подписаться. Он долго и пристально смотрел на страницу. Затем он написал: «Обречённый Потери-сын (Feigur Fallandason)».

[1]
Буквально «Святая рыба».

Подборка поэзии №2

Подборка исландской поэзии в моем переводе,
которую я назвал
«На отшибе мироздания»
(«Доля изгоя»)

Ханнес Хавстейн
(Hannes Hafstein, 1861)

Если хладный шторм вкруг мужа бушует
И лицо кусает, и испытует ноги,
Тогда муж находит жар в себе самом
И силу свою, чтоб со штормом бороться.

Йоун Эспоулин
(Jón Espólín, 1769)

Похвалы поэма дивная ваша
Воистину достойна:
Словно вспыхивает свет
От нее, чтоб оживить мысль человека.

преп. Хельги Конраудссон
(Séra Helgi Konráðsson, 1902)

Под тенью злой судьбы иные пугаются,
У прочих же ожесточается мозоль на душе,
Некоторые вновь рождаются.
В смене удачи и печали возникает поэзия.

Стейндоур Сигурдссон
(Steindór Sigurðsson, 1901)

Хоть я есмь всё и ничего,
Я весел и счастлив с моим
Вином и песнями
– и ведаю, что
Сей мир никогда не сломает меня,
А на прочее мне плевать!

Йоун Блаускоуга-скальд
(Jón Bláskógaskáld, 1896)

(Август)

В объятья Ран* погрузилось солнце.
Оно, уставшее, спит с прошествия дня.
На западе шествуют кони сумерек.
Они потрясают в небе гнедыми гривами.
Из их следов темень капает,
Словно роса, коя одевает скалы и леса.
Их ноги легки, и табун несется,
Покуда копыта не коснутся синего моря.

*(То есть в море – Ран: богиня моря, а ее дочери – волны)

Йоуханнес из Скьёграстадир
(Jóhannes á Skjögrastöðum, 1862)

Погибшего хвалит много людей
И много негодяев.
Сбираюсь ли я стать вписанным в хроники
После смерти?

Торстейн Эрлингс-сон
(Þorsteinn Erlingsson, 1858)

Если ты рвешься выйти в океан,
Хоть волны и бушуют бешено,
И не приобрел ты страховку
В кошеле вечности,
Но всё ж устремляешь лодку смело вперед
Вкруг отмелей и скал:
Тогда я, мой дорогой, по морю любому
Отправлюсь с тобой.

Йоунатан Йоунссон
(Jónatan Jónsson, 1918)

(Сентябрь)

Бледный, как ночь, конь
Из хладного потока севера
Инистыми мороза копытами побивает
Осенне-золотое цветение.

Бьярни Аусгейрс-сон
(Bjarni Ásgeirsson, 1891)

Свет дня догорает на свече,
Темнеет у бухты и мыса.
Молча я стою и смотрю,
Руны звезд толкую.
Догорает свеча дня.

Маргрьет из Хроульфсстадир
(Margrét á Hrólfsstöðum, 1889)

Не должен разве Господь дать мне ответ
И сон, когда ночь на исходе,
Если гоню я из головы прочь всё, что было
И всё, что будет?

Йакоб из Скуви
(Jakob á Skúfi, 1878)

Я должен смириться с долей изгоя
– это самое лучшее для меня.
Я зрю. как уменьшается и урезается жизнь моя,
Как падающие волны моря.
Я должен смириться с долей изгоя
– это – для меня.

Харальдюр из Камбюр
(Haraldur frá Kambi, 1909)

Бреннивин* – вот лучшая еда
– зелье сие доброе не предаст.
Словно пёс, валюсь я навзничь,
Благодаря ему каждый Божий день.

*(Исландская водка.)

Из фольклорного сборника «Huld», т. II, с. 118
(благое пожелание:)

Зацвели они, словно древа весной,
Радость да счастье, да, ускорятся,
Всемогущий – внемли речи сердца,
Ари и Аудбьёрг, да, пьют здравие,
Словно б с радостью – словно с радостью!

Из фольклорного сборника «Huld», т. I, с. 74
(человек из сна молвил:)

Подле Господа я живу,
Свободен от всех страданий,
Сломали вы, дорогие,
Плод рук моих*.

*(То есть древнюю ветхую кирху, которую построил этот человек.)

Гримюр Томсен
(Grímur Thomsen)

День на исходе, и вижу я,
Нечто движется (в ночи);
Господь, веди моего скакуна,
Темнеет уже в Бахкагерде.

Из фольклорного сборника «Huld», т. II, с. 126-127
(тролльша молвила:)

Девять утра над горой Доврахнук,
Двенадцать дня над Стахки,
Полдень над Мёдрухнукюр,
Три ж часа прям над Клахка,
Вечера шесть над Брейдуборгом на полях Бёйлаурветлир,
Девять – над Нупуфьётлем.
Вот и перечислены все четверти суток*.

*(«Эйкты»: dagmál – 9 утра, hádegi (miðdagur) – 12 дня (полдень), nón – 3 дня, miðaptan – 6 вечера, náttmál – 9 вечера.)

Боулу-Хьяульмар Йоунс-сон
(Bólu-Hjálmar: Hjálmar Jónsson, 1796-1875)

(После победы зимой над женским призраком-драугом и в честь восстановления заброшенного хутора:)

Живём мы так оба
В жилище малом,
Согбенно работаем
В поле цветущем.
Поднимаем род наш и скот,
И Христос даровал
Тут помощь и благословение
Дитю каждому.

envy Небольшая подборка исландской поэзии из разных источников

(В период невзгод и крайней бедности:)

Зависти червь я,
Который скрутился
В земле сырой
В начале осени;
Ведает он о зиме
И опасности смерти,
Уложился спать
До лета последующего.

(нид, магическое проклятие, сказанное старосте общины, отказавшему во вспомогательном пайке для нищих; это проклятие было опубликовано и впервые принесло Боулу-Хьяульмару славу поэта:)

Да получишь ты сейчас, сука-чиновник из округа Акюр,
Полную «благодарность» за дурное обращенье со мной!

(Об Исландии:)

После пятидесяти лет пребывания
В округе Акюр, сейчас умереть я могу
От голода, холода, болезни, мучений,
Стон мой не слышат – я замолчу.
Братьев-товарищей не отыскать тут,
Ни капли людского добра,
А потому почти все здесь бродяги,
Но зложелатели те, кто исправить всё в силах.

(Молитва Боулу-Хьяульмара:)

С именем твоим, о, Иисус,
Гребу я на времени волнах,
Даруй мне процветание к вере в тебя,
Верность твоя всё та же и такая ж,
Сонмы врагом от меня отверни,
Наипервейших имена их ты знаешь,
Штевень парома жизни моей да направь ты,
Наконец, в Гавань победы!

(Сверрир Кристьяунссон:) В начале июля 1875 г. … Хьяульмар привязал перо к тем двум пальцам, кои еще двигались, на правой руке. Он выводил каракулями древнее родовое древо, что он собирался отправить одному из его друзей. А под родовым древом он записал сии висы:

Стихи сочиняю я с трудом
И перо-оружие повисло в руках,
Сей долгой ночью мало спал,
Света во мраке не видал,
Замерзший, трясусь, увечный в подагры путах.

Темнеет в мой последний вечер,
Вперед (на дорогу) я гляжу;
Могила навстречу зияет холодна,
Режу я на моем щите надежды
Те руны, что имеют силу.

На сём записанное заканчивалось. Ему осталось лишь подписаться. Он долго и пристально смотрел на страницу. Затем он написал: Обречённый Потери-сын (Feigur Fallandason).

divider

Comments are closed.